Началом распространения и производства огнестрельного оружия в Дагестане был 17-й век, хотя в некоторых источниках указывается 16-й. Путешественник И.-Г. Гербер, описывая кавказское ружье, называет его “огненным” и “с фитилями”.

Следовательно, в первой четверти 18 в. в Дагестане изготавливались фитильные и ударно-кремниевые ружья. В дальнейшем фитильное ружье исчезло; на протяжении всего 18 в. вплоть до 80-х годов 19 в. производилось лишь кремниевое оружие. В Дагестане было известно несколько центров производства огнестрельного оружия — Харбук, Кубачи, Верхнее Казанище.

В 18 в. производство огнестрельного оружия в Кубачи осуществлялось в весьма широких размерах. Оно не только насыщало дагестанский рынок, но и шло на вывоз. По свидетельству современников (1848 г.), “Кубачи — это дагестанская Тула”.

Из литературы 19 в. мы знаем, что в производстве огнестрельного оружия участвовали по существу два селения — Харбук и Кубачи. В Харбуке делали стволы, в Кубачи производили все остальные части ружья, а также его собирали и украшали. Прибор для ружей, т.е. шомпол, винты, колечки для скрепления ствола с ложей, изготавливал особый мастер. Ложа горского ружья делалась из крепкого дерева, иногда оклеивалась кожей. Готовое неукрашенное ружье, на производство которого требовались четыре дня, обходилось в 5 руб. 27 коп.

Исследователь О.В. Маргграф замечал по этому поводу: “На заводах в России, где употребляют для выделки механические станки и проч., редко изготовляют за такую дешевую цену настолько порядочную винтовку из ленточного дамаска, как в Дагестане”. В то время, как российское ружье имело широкий тяжелый приклад, окованный железом, у горской винтовки был узкий и легкий приклад с костяным наконечником. Прицел устраивался расширением перед курком, в котором было круглое отверстие, через него и наводили на мушку в конце ствола. Курок имел всегда два взвода, спуск назывался собачкой. В зависимости от желания заказчика ствол и замок ружья украшались золотой или серебряной насечкой, серебряные обоймицы и накладки на ложе орнаментировались глубокой гравировкой и чернью.

Для ношения пороха каждый горец на своей черкеске по обе стороны груди имел “газыри” — деревянные трубочки. В них насыпался порох, составляя заряд. Порох в стволе ружья прикрывался пыжом, для чего служило все, что только попадалось под руку. Затем вкладывалась пуля и снова пыж. Пыж должен был быть забит туго, иначе выстрел не имел бы силы, а пуля — дальности полета. Если пуля с пыжом неплотно прибита к нижнему пыжу, то ружье давало сильную отдачу. Для прибивки употреблялся железный или деревянный шомпол. Надо было с силой ударить шомполом в ружье после забивки, и если шомпол отскакивал, то заряд хорош. Шомпол помещался в особом канале под стволом ружья, которое носилось за спиной на ремне.

Горцы были хорошие стрелки. Порох и свинец были дороги. Для пуль использовали и медные пуговицы, снятые после боя с убитых солдат. Пуговицы затем переплавлялись. Пуля обычно была круглая, маленькая, и рана от нее не была очень опасной. Но впоследствии стали употреблять пули с “ремешком”, делая в ней нарезы, и это увеличивало рану.

Каждый из воинов должен был иметь при себе все необходимое на случай исправления оружия. Все эти принадлежности пришивались на поясе. Справа помещалась “жирничка” — металлическая коробочка с жиром, который служил для смазывания металлических частей ружья и для предохранения их от ржавчины. Затем стальная отвертка и пластинка с круглыми отверстиями для литья пуль.

Еще в 80-х годах 19 в. огнестрельное оружие продолжали изготовлять в большом количестве. О.В. Маргграф со ссылкой на очевидцев писал: “Одно из этих селений (имеются в виду Кубачи и Харбук — авт.) напоминало громадную фабрику, где целые группы дворов представляют отдельные фракции труда, а из всех этих фракций, распределенных между селениями, выходили ежедневно сотни вполне отделанных винтовок”.