Аталычество как одна из форм подготовки подрастающего поколения к труду и жизни было развито преимущественно среди тюркоязычных народов Европы и Азии. Очевидно именно этим фактором можно объяснить то, что данное название, означающее "отцовство", и вошло в научную и учебную литературу по этнографии и истории первобытного общества (Напомним, обычай аталычества происходит от тюрк. аталык -воспитатель, предписывает воспитывать детей не в своей, а в чужой семье).
В истории Дагестана до революции 1917 года аталычество как этнографическое явление, в т.ч. как форма воспитания молодежи, было представлено в классическом виде наряду с азербайджанцами, ногайцами, у кумыков.

В историографическом плане отметим несомненную заслугу доктора исторических наук, профессора С.Ш. Гаджиевой в области изучения аталычества как этнографической проблемы. Наиболее основательно изучен данный феномен этнографии в ее последней монографии.

Как в этом убеждает существующая этнографическая, историческая и иная литература, к аталычеству как к системе воспитания, подготовки к трудовой и самостоятельной жизни подрастающего поколения в пределах рассматриваемого времени прибегала преимущественно феодальная верхушка Дагестана.

В педагогическом плане смысл аталычества сводится к тому, что воспитатель, т.е. аталык, берет на себя функции отца ребенка в вопросах подготовки его к самостоятельной жизни, аталык должен был, прежде всего, научить своего подопечного соблюдать существующие в обществе нормы поведения, придерживаться требований этикета; знакомить с верой и народными обычаями, с порядками, господствовавшими на народных собраниях, и т.д.
Как правило, весь этот комплекс мер вместе с выучкой военному искусству имел смысл подготовить воспитанника к будущим обязанностям и правам правителя.

Обычно ребенок передавался в семью аталыка на воспитание и содержание в возрасте 3-4 лет и оставался там до 15-летия, а иногда и до 17-летия, т.е. до совершеннолетия.
Но уже к середине XIX в. и особенно в конце века сроки пребывания воспитанника в доме аталыка сокращаются, ограничиваясь 3-4 годами. Одновременно значительно деформируется также социальное предназначение аталычества. И это приводит к тому, что из большого числа функциональных обязанностей аталыка сохраняется в качестве основного требования только кормление ребенка женой аталыка. В таком урезанном виде аталычество продолжало существовать в Дагестане еще некоторое время и даже после октябрьских событий 1917 года.
Интересно отметить, что о случаях передачи на воспитание в другую семью девочек можно прочитать в литературе по истории и этнографии кумыков. Причем передавались на воспитание только дочери княжеских родов. В отношении других категорий населения и этносов Дагестана передача детей женского пола на воспитание в другие семьи не практиковалась.

Функции воспитателей княжеских дочерей брали на себя жены аталыков. Воспитательница должна была учить княжну нормам поведения и послушанию в семье. Обязательно нужно было научить подопечную шить золотом и серебром, учить другим ремеслам. Аталычка была обязана заботиться о сохранении стройности стана и физической красоты будущей княгини.

Наиболее полное представление об этой стороне деятельности аталычки можно получить в работе Л.Броневского. Вот что он писал в изданном в 1823 г. исследовании "Новейшие географические и исторические известия о Кавказе": "Для сбережения стройности стана девицу княжеского или дворянского рода на десятом году возраста, а иногда и прежде обтягивают от бедер до груди сырою кожею и зашивают оную плотно к телу. В таком положении девица остается до первой брачной ночи, в которую жених разрезывает шнуровку сию кинжалом".
Приведенные выше слова Броневского относятся к системе воспитания черкешенок, очевидно, их можно применить и в отношении других народов Кавказа и Дагестана, по крайней мере, кумыков. При этом по данному поводу можно сослаться на мнение самого же Л.Броневского, который указывал в приведенной выше работе на то, что "в обычаях и в образе кумыки сходны с черкесами".

Сказанное выше еще раз убеждает, что аталычество в Дагестане занимало важное место в подготовке к труду (в широком смысле) и самостоятельной жизни детей правящей верхушки. Вывод же из сказанного — даже княжну готовили к будням жизни, к труду. Об этом сегодня стоило бы помнить тем родителям, кто из безмерной любви к своему сыну или дочери всячески оберегает их от любой посильной работы, а в итоге воспитывает белоручек и бездельников.