Сохранившаяся деловая переписка имамата (указы, наставления, приказы, предписания и личные послания имама Шамиля к наибам, письма наибов), каждый образец военно-административной, организационно-хозяйственной, судебно-правовой документации представляют особую значимость в воссоздании достоверной картины политической и административной деятельности государства.
Мы представляем письмо наиба Абакара-Дибира (известен как наиб Гумбета с 1843 г. ) – одного из активных сподвижников Шамиля, с 1839 г. участника многих его военных операций в Дагестане и Малой Чечне. Адресат, которому предназначено письмо, – наиб Мухаммадмирза Анзоров, князь, представитель влиятельного рода в Малой Кабарде. В апреле 1846 г. он примкнул к движению Шамиля, уведя за собой людей своего окружения на новые земли в Чечню. С августа 1846 г. известен как наиб Гехинский, с марта 1849 г. – мудир. Оставался верным сподвижником Шамиля до самой своей смерти в 1851 г.

***

Письмо Мухаммадмирзы Абакару от 29 июня 1848 г.
Размеры документа: 18×11 см. На обороте листа – прямоугольная печать отправителя. На лицевой стороне – прямоугольная печать Абакара, относящаяся к его ответу на другой стороне листа.

«От Мухаммадмирзы к военачальнику Абакару – салам вечный.
А затем – в руки наших людей попало имущество купца из вилайата Саадуллы (прим. – наиб Малой Чечни). Они отняли у него имущество, когда тот направлялся к крепости.
Потом ко мне пришло его письмо о том, что он торговал по разрешению военачальника. Пришло ко мне также письмо от Лабазана (прим. – андийский наиб) и Курбан-али (прим. – ученый из Ашильты) [с просьбой] о возвращении ему (купцу) имущества. Я не позарился на это имущество.
Говорили [также], что в числе имущества четыре твоих рубля. И обнаружилось в нем (имуществе) масло, кнуты и другие товары вместе с деньгами. [Вот] это первое, что проявилось и обнаружилось.
И если было твое разрешение на открытие дверей торговли, а наш вилайат [также] в страшном стеснении, то издай приказ, по которому сравняются все люди. В противном случае запутается дело людей, и они впадут в волнения. Я же возвращаю тебе эти четыре [рубля], а возвращение остального – великий вред, в нарушение низама имама. Если я возвращу остальное, в то время как ты не открыл для них двери торговли, то нарушится мое соглашение с имамом о соблюдении его приказа: каков бы он ни был, до сих пор я заботился [об этом].
Да [будет] тебе известно, что имущество тех двух беглецов-лицемеров (мунапиков) я направил к тебе и не взял из него ни крошки, вынужденный [сделать это], так как ты устал от длительного пребывания на равнине. Так делай, что хочешь. И мир».

***

Ответное письмо Абакара Мухаммадмирзе (29 июня 1848г.)
«От нуждающегося в милости Аллаха всевышнего Абакара к своему любимому брату и проницательному другу – мудиру имама, благородному наибу Мухаммадмирзе.
Салам тебе, да будет Аллах с тобой, да завершит Аллах твои дела.
А затем – я разрешил моему брату наибу Саад[улле] направить людей в русскую крепость только для того, чтобы разузнать о делах [этих] проклятых развратных.
Он (Саадулла) действительно послал его выведать сведения от них, а не для торговли, не говоря уже о том, что торговля и старания – в убыток; при этом я отправил ему четыре гуруша для моих нужд.
А в отношении имущества, которое твои приверженцы отняли от посланного им (Саадуллой) купца, – распоряжайся им, как хочешь. [Пусть будет] на пользу тебе, но только хочется, чтобы ты вернул ему те четыре гуруша, [а также] оружие и лошадь этого человека в руки ему, являющемуся наибом, хотя он и обманывал в торговых делах.
Если ты уважаешь меня, то обязательно [сделай] это. И мир. 27 раджаба 1264 г.».

В 1845-1850 гг. активизировались действия русских войск, ставящих своей целью отторжение Чечни из-под власти Шамиля. В 1847 г. гумбетовский наиб Абакар-Дибир, самый преданный из сподвижников имама Шамиля, который «…после Хаджимурата и Кибит-Магомы, и едва ли не самый способный после них» был поставлен главным над наибами «Большой Чечни, даже самых дальних ее округов – мичиковского и ичкеринского», действовавшими в Чечне . Абакар-Дибиру предписывалось «…не оставлять русского отряда в покое до тех пор, пока он не откажется от позиции на Урус-Мартане: тревожить его днем и ночью, затруднять все его движения постоянными нападениями и перестрелками, действовать по лагерю артиллерийским огнем, портить переправы, не допускать подвоза провианта» . Для его операций в Малой Чечне со складов имама в Новом Дарго было отправлено большое количество артиллерийских снарядов. Сам имам Шамиль в это время находился в Дагестане, где русские начали боевые действия летней кампании.

В том же 1847 г. на Андийском собрании должностных и почетных лиц имамата был изложен и принят «Низам Шамиля». Создание особых уложений, предписаний, так называемых «низамов» было вызвано потребностями укрепления созданного Шамилем имамата. Шамиль ввел новые законодательные установления, выработанные в соответствии с нормами шариата. Низамы регламентировали всю административную, хозяйственную и военную жизнь имамата, накладывали на горцев целый ряд запретов в их общественной и семейной жизни. Любые отклонения от предписанных правил наказывались по всем правилам шариата. Такими строгими мерами по отношению к нарушителям Шамиль считал возможным преодолеть неустройство внутренней жизни имамата. Любопытно, что в морально-правовом кодексе имамата, впервые изложенном письменно, третьим пунктом (из девяти) шел запрет всяких торгово-обменных отношений с русскими: «…препятствовать им (людям) в общении с проклятыми в целях купли-продажи или того, чего они (враги) желают от них». В это же время, согласно русским источникам, «…Шамиль запрещал торговые сношения с мирными чеченцами, причем у многих даже приказал отнять красные товары, полученные ими не из Дагестана… Даже те, у кого оказывалась русская соль, привлекали к себе недоверие»…

4 рубля в 1848 году – много это или мало? Для сравнения, цена на сено в лесах Большой и Малой Чечни в этот год арба от 12 до 15 пудов дошла от 40 копеек серебром до 4-х рублей.