Матерью Саида, третьего сына имама Шамиля была Джавхарат из с. Гимры. Мать и сын были в числе защитников укрепления Ахульго в 1839 г., где произошли трагические события. Здесь же они и нашли последний приют.

Летописец ал-Карахи так описывает последние дни Джавхарат и Саида: «У Шамиля и его товарищей не было тогда возможности соединиться друг с другом. Они не имели ничего такого, что могло бы утолить их голод. В один из дней случилось так, что Шамиль задремал, и тут он увидел во сне: жена его Джавхарат как будто упала на землю, а его сын от нее, двухлетний Саид, ползает по ней. Шамиль растолковал этот сон так: она умрет. У Джавхарат на голове была рана… В укрытии она из-за этого ослабла и после ухода Шамиля оттуда, прожила лишь около трех дней». Тот ад, который обрушился на Ахульго, конечно, не мог позволить Шамилю придти на помощь жене и сыну. Да имам, видимо, не знал, где они, живы ли. На Ахульго погибли сестра Шамиля Патимат, дядя Бартихан (по отцу), старший сын Джамал ад-дин был отдан в заложники русским, а второй сын, семилетний Гази-Мухаммад был ранен штыком в ногу. Шамиль решил погибнуть с оружием в руках вместе со всеми, но в последний момент его уговорили покинуть Ахульго. «Джавхарат, пока не умерла, – продолжает ал-Карахи, она постоянно просила Тахира Унцукульского достать ей воды и жевала жареные зерна, которые взяла для своего сына, завернув в край своей вуали. А после смерти Джавхарат сын ползал еще по ней и с криком звал, то отца – «Шамиль», то мать – «Джавхарат».

Через год имам Шамиль прибыл с отрядом на Ахульго в надежде узнать что-то про жену и сына. Рассказывают, что место, где они погибли, показал имаму Муса Балаханский. Их действительно нашли под камнями и мокрой глиной, которые нанесла речная вода во время разлива. Ни одежда Джавхарат, ни ее тело совершенно не были попорчены. Джавхарат и Саида похоронили, как шахидов, мучеников за веру, там же на Ахульго.