ХУСЕЙН АЛИ ИЗ УРАДА

В числе защитников укрепления Ахульго, драматические события в котором разыгрались в июне-августе 1839 г., находился один пожилой даргинец по имени Хаджи Али Аскар. Он был известен своей примерной жизнью, набожностью и строгим исполнением религиозных обязанностей, одним словом, был уважаемым человеком. Роль, избранная им для себя в священной войне, не имела воинственного характера, все его участие в ней ограничивалось погребением павших горцев, чтением молитв за их упокой, соблюдением всех требуемых в этих случаях религией обрядов.

После завершения военных действий на Ахульго Хаджи Али Аскар почти ежедневно обходил все окрестности этого места, где происходили схватки, отыскивая убитых, и отдавал им последний долг. Дело было не из легких. После взятия Ахульго царские войска разрушили все находившиеся на горе укрепления, взорвали подземные помещения, траншеи, поэтому многие погибшие защитники оказались заваленными камнями и землей.

Поиски Хаджи Али Аскара завели его однажды к тому месту крутого и обрывистого берега Койсу, где была небольшая пещера, доходившая к самому обрыву. Здесь он увидел убитого горца, полузасыпанного землей. Покойник оказался незнакомым Хаджи Али Аскару, он был без папахи, в белом халате. Одна рука его была закинута за голову, лицо его казалось серьезным и многозначительным. Пожелав узнать имя убитого, Хаджи Али Аскар отправился в резиденцию имама Шамиля и там сообщил о своей находке.

Через некоторое время несколько человек прибыло установить имя шахида, павшего мучеником. Им оказался Хусейн Али из аула Урада общества Гидатль, который был известен богобоязненностью и беззаветной храбростью. С общего совета тело Хусейна Али не было предано земле, а оставлено в прежнем положении в пещере, и впоследствии Хаджи Али Аскар загородил вход в нее перегородкой.

После событий на Ахульго жители окрестных селений, приходя в разное время к пещере, находили Хусейна Али постоянно в одном и том же положении без малейших признаков тления.
Средний сын Шамиля Мухаммад Шефи рассказывал приставу А.Руновскому в Калуге, что когда он со своим братом Джамалуддином ездил на Ахульго в сопровождении того же Хаджи Али Аскара, то видел Хусейна Али тоже вполне сохранившимся: лицо его имело точно такое выражение, как у живого человека, и когда, ощупывая его, давили слегка пальцами, на нем появлялся румянец. Вся одежда шахида тоже оказалась вполне целой. Грунт, на котором так хорошо сохранился труп, был не известковый, а песчаный с примесью чернозема.

«По всем этим причинам, – сделал заключение Мухаммад Шефи, – прах Хусейна Али сделался предметом особенно уважения окрестных жителей. И известность его распространилась даже в земли более далекие. Самого же Хусейна Али считают вследствие этого человеком, угодившим Аллаху».

Надо отметить, что данный случай – не единственный, бывший на Ахульго. Во время обстрела этого укрепления была ранена в голову жена Шамиля Джавхарат. Находясь в укрытии в одной из пещер под Ахульго, женщина с каждым часом слабела и просила находившегося при ней мюрида Тахира Унцукульского дать ей воды. Когда Джавхарат умерла, ее двухлетний сын Саид плакал и звал то отца, то мать. Увы, в том аду, который был на Ахульго, никто не смог ему чем-нибудь помочь.

Через год, когда имам Шамиль прибыл на Ахульго, чтобы отыскать тело своей жены, ему показали на одно место: «Вот тут упала Джавхарат». Ее нашли среди камней и глины. Ни одежда Джавхарат, ни ее тело совершенно не испортились. «Даже губы у нее были влажными, когда их приподняли над зубами, они сами сомкнулись над ними, как у живого человека. Там, т.е. на Ахульго, Джавхарат и была похоронена», — написал в своей летописи Мухаммад Тахир аль-Карахи.

Со слов современников очевидцев он записал несколько других подобных примеров. Вот они:
«На Ахульго в пещере находится труп мужчины. До сих пор – до 1272 (1855-1856) года – у него ни на теле, ни в одежде ничего не изменилось. Его может увидеть каждый, кто посетит то место» (Не тот ли этот Хусейн Али из Урады, который уже упоминался? – Д.Х.М.).

«Другой рассказ. Передают его со слов одного дряхлого старика из селения Уриб, который посетил Ахульго примерно через двадцать лет после его падения. Там этот старик увидел женщину-мученицу за веру, которая держала руками два конца своей вуали. На одном ее конце находилось при этом немного муки, а на другом – чуточку соли. Тело женщины было высохшим».

«На принадлежащих одному ашильтинцу землях, где похоронены мученики за веру, погибшие на Ахульго, около 20-ти мужчин начали было создавать пашни и сады. У всех у них отсохли руки».

Из книги: Доного Хаджи Мурад. Победит тот, кто владеет Кавказом. Миниатюры Кавказской войны 1817-1864. М., 2005.